Сайт посвящен великому мыслителю
Лого сайта swamivivekananda.ru Лого сайта swamivivekananda.ru
Свами Вивекананда

Часть 2

С другой стороны, Вивекананда увидел, в каком параличе находится его Родина. Западная цивилизация, поставившая во главу угла волю и инициативу индивидуума, накопившая огром­ный опыт технического прогресса, вызывала уважение Вивекананды, который, однако, никогда не закрывал глаза на однобо­кость этого развития. И в сознании Вивекананды начинает офор­мляться  идея,   почти  страсть — желание   навести   мост,   соеди­няющий Восток и Запад, оплодотворить молодое тело Запада древним Универсальным Духом Востока. Только теперь начинает он понимать,  каким  благодатным  плодом  Индии  явился  Шри Рамакришна, как глубока была Его идея Единства. И Вивекананда начинает оформлять в конкретную программу свои мысли. Он снова уходит в странствие, написав друзьям: «Я должен либо найти реализацию моего идеала, либо погибнуть. Я ухожу! Да поможет мне Господь найти мой собственный путь!».    Во  время  этого  странствия,  однажды  ночью,   прямо  перед молящимся Вивеканандой появился Рамакришна. Двадцать одну ночь  повторялось  это  видение.  Двадцать  одну  ночь  укреплял Учитель дух своего любимого ученика. Погрузившись в глубокое самадхи, Вивекананда узнал,   что до его рождения Господь из­брал его своим инструментом для проведения работы в мире, для пробуждения спящего духа его современников. Вивекананда все больше и больше прислушивается к стонам угнетенных, бед­ных, заблудших. Он все больше чувствует себя их слугой.  Он также начинает прозревать духовную нищету Запада, заглушив­шего грубым материализмом призыв Духа в своей душе.

Он уже начинает принимать в свою душу страдания милли­онов людей Востока и Запада; он уже начинает утверждаться в мысли, что Веданта, вынесенная из Индии в мир, может облег­чить людям путь освобождения. Но что может он, двадцатипяти­летний молодой монах?

В 1890 году он снова покинул монастырь, но на этот раз с ре­шением больше не возвращаться. Он удалился в Гималаи и там пребывал некоторое время. Он молил Божественную Мать от­крыть ему высшую мудрость. В свою записную книжку он занес следующие строчки: «В начале было Слово. Микрокосм и макро­косм построены по одному плану. Так же, как индивидуальная душа заключена в человеческое тело, так же Универсальная душа заключена в природе. Кали держит в объятиях Шиву. Это не фантазия. Это сокрытие духа в природе подобно отношению между идеей и словом, способом выражения ее. Дух, абстрактная идея может проявиться лишь через многообразие природных форм. Мысль невозможна без слов, выражающих ее. Вот почему в начале было Слово».

Так осуществил в себе самом идею единства Вивекананда, так проник он в идею атома, заключающего в себе всю Все­ленную.

В январе 1891 года Вивекананда пошел по Индии неизвестным саньязином, решив пройти ее всю своими ногами. Но огонь, го­ревший в его глазах, и облик принца под одеждой саньязина при­влекали к нему толпы людей. Дели, Раджпутан... Сегодня он спал вместе с париями, а завтра беседовал с махараджами и профессорами. Он вбирал в себя все горести и печали Индии. Эти дни были для него днями учебы. Он сам становился Индией, ее сознанием, ее судьбой. Он постоянно менял имя, путешествуя анонимно. Он шел под монашеским именем Свами, или «Свамиджи».

Однажды в одном из княжеств Вивекананда был хорошо при­нят премьер-министром. Когда премьер-министр познакомился с системой Вивекананды, он сказал: «Свамиджи, Вы не сумеете быть производительным в этой стране. Вы должны вынести Ин­дуизм на Запад, познакомить Запад с системой Индуизма». Вивекананда был удовлетворен — слова, уже глубоко лежащие в его душе, были произнесены вслух. Премьер-министр предло­жил Вивекананде свои услуги в изучении французского языка, который мог ему понадобиться в его будущей работе. Достигнув мыса Коморин, крайней точки Индии, Вивекананда принял ре­шение.

На мысе Коморин Вивекананда превратился в ребенка. От снежных вершин Гималаев спустился он, пройдя по всей стране, и теперь взор его тонул в синих волнах океана. Здесь, перед ли­цом океана, проходила в его сознании панорама современной Индии — ненависть и рознь между кастами, между религиями; нищета, невежество, забвение идеалов. С этим знанием в душе мог ли он считать мир иллюзией и отгородиться от мира, ища единения с Богом? И Вивекананда восклицает: «Родись я вновь и вновь, я отдал бы все свои жизни, чтобы помочь на пути к сво­боде хотя бы одной душе. Я нашел моего Бога — мой Бог в чело­вечестве. Единственный Бог, в которого я верю, распростерт среди людей. Мой Бог — слабые, мой Бог — угнетенные, мой Бог — бедные всех рас и исповеданий. И если я хочу служить моему Богу, я должен   служить человечеству».

К этому времени дух Вивекананды окреп и утвердился. По­стоянным   самоконтролем  он   накопил  огромные   силы.   У  него было благословение Рамакришны, у него были прочные знания Западной и Восточной философии, у него уже был богатый соб­ственный духовный опыт — он был готов выйти на свое поприще. Вивекананда принял истинное сыновство от Индии. Он решает в сердце своем возродить свою Родину. Но путь лежит через За­пад. Вивекананда выходит послом Индии в мир, прокламируя: «Индия нужна миру, Индия с ее знанием Бога, с ее методой освобождения, с ее накопленным духовным наследием. Гибель Индии отзовется в мире огромной потерей, которая задержит духовное освобождение всего человечества. Возрождение Ин­дии — вопрос возрождения Духа в человечестве».

Здесь, на «краю света», видение посетило его — он увидел Америку — новую страну, лишенную кастовых предрассудков. Он увидел идеи Индии, плывущие над Америкой, и сильную энергию Америки, дающую толчок Индии. Он услышал слова, сказанные ему одним махараджей: «Иди и возьми их штурмом, и тогда возвращайся».

Вивекананда двинулся на север. В Хайдарабаде он впервые выступил с публичной речью «Моя миссия на Западе». Но он боялся ошибиться и принять собственное желание за приказ своего Бога. Он молился день и ночь, чтобы Бог открыл ему Истину. Он молился, прося водительства и указа. Деньги, кото­рые собрали для его поездки друзья, он не взял: «Если по же­ланию Матери я должен отправиться на Запад, тогда пусть народ соберет деньги на путешествие. Это для них я отправляюсь на Запад — для народа, для бедных и обездоленных».

Однажды он имел видение: Рамакришна шел по воде, пере­секая океан, и звал Вивекананду последовать за ним. Отчетливо произнес голос: «Иди». Вивекананда написал Сарада-Деви, Бо­жественной Матери, вдове Рамакришны, и она прислала ему свое благословение, объявив, что Рамакришна давно предвидел и желал его путешествия за океан. Вивекананда услышал зов — больше он не сомневался.

31 мая 1893 года в оранжевом одеянии саньязина и в тюрбане Вивекананда взошел на корабль, отплывающий в Америку. С идеей, завоеванной им в духовном сражении — единство в мно­гообразии — отправился Вивекананда на Конгресс Религий. И могла ли Индия послать сына, более достойного представлять ее на Конгрессе Религий, нежели Вивекананда? Сына, прошедшего ее своими ногами, сына, познавшего ее радости и печали, сына, реализовавшего  в себе самом ее  идею единства  в  многообра­зии— идею грядущего Мира, идею Великого Единства.

11 сентября 1893 года в 10 часов открылся Конгресс Религий. Конгресс был весьма представительным. Каждый делегат пред­ставлял свою организацию, и только Вивекананда был, так ска­зать, частным лицом, имея за собой, однако, Универсальную Религию. Он так нервничал и волновался, что, когда первый раз получил слово, то не смог говорить. Позже он писал: «Меня охватил страх, язык мой прирос к гортани, и я стоял молчаливо до тех пор, пока смог пролепетать просьбу перенести мое вы­ступление позднее».

Наконец, его время пришло: «Братья и сестры Америки!» — произнес он, и две минуты бушевал шквал аплодисментов, не дававший ему говорить. Что же произошло? Люди, привыкшие к блестящим ораторам, к изощренной аргументации, вдруг все разом почувствовали простое, человеческое, идущее от сердца обращение. К ним, затемненным недоверием, одиночеством, вдруг, сокрушая все преграды, обратился брат.

«Братья и сестры Америки! Я приветствую самую молодую страну от имени самого древнего монашеского ордена древней­шей страны. Многоразличны текучие воды Земли — ручьи и реки, водопады и моря — но все вбирает в себя Океан. Так и религии — сколько бы их ни было, и как бы ни боролись они между собой — в основе их лежит одна Великая Религия, объ­единяющая их всех. Сколько бы ни было оттенков цвета кожи и различия в языках — в основе лежит один корень Человечества, и все мы — ветвь от Одного Древа, и все мы — братья и сестры!»

В то время как делегаты говорили о своих сектах, Вивека­нанда провозгласил Живого Бога — Истину, воспринятую у ног своего Учителя Рамакришны, который опытным путем постиг, что все религии ведут в один и тот же Океан Милосердия, что все формы и оттенки — суть лишь различные аспекты Единой Ве­ликой Истины. Провозгласив эту Истину, Вивекананда сокрушил перегородки между расами, кастами, сектами и классами, при­звав к единению всего человечества в одну большую трудовую Общину. Этот вечер сделал доселе неизвестного индийского монаха ведущей фигурой современного религиозного мира. Накануне открытия конгресса, когда Вивекананда заметил, что у него нет полномочий представительствовать на конгрессе, один из   руководителей   сказал:   «Вам,   Свами,   просить   полномочий представительствовать, это все равно, что солнцу просить разрешения светить».

Слава обрушилась на Вивекананду. Уже утром на улицах Чикаго были развешаны огромные портреты Вивекананды с над­писью «Монах Вивекананда». Все газеты опубликовали полный текст его выступления. Видный руководитель христиан заявил: «Вивекананда истинно принц среди людей». Газета «Нью-Йорк Геральд» написала: «Он, безусловно, самая крупная звезда на религиозном небосклоне. Слушая его, понимаешь, как нелепо посылать в его страну миссионеров». «Америка открыла для себя Вивекананду и склонилась перед ним почтительно».— «Бостон ивнинг Пост».

Газеты Индии сообщили о триумфе Вивекананды, и братья-монахи не могли прийти в себя от изумления, читая о голово­кружительном успехе их любимого Нарена. Но как же сам он реагировал на этот триумф? Он понимал, что его изолированная жизнь монаха, достигающего в тишине общения с Богом, кон­чилась. Он не мог дальше продолжать жизнь, полную грез и видений. Он должен был теперь перейти к жизни общественного деятеля, на которую вывел его Зов. Когда он возвратился ночью в свой отель после первого триумфа, он проплакал всю ночь, как ребенок. Наутро Вивекананда уже не имел материальных проблем. Все двери были открыты перед ним. Это гостеприим­ство заставляло его страдать, ибо перед глазами вставали кар­тины нищеты его народа. Его страдания были так ужасны, что однажды ночью он бросился оземь, рыдая: «О Мать, я не могу принимать все это, в то время как Родина моя прозябает в ни­щете! Почему тысячи моих соотечественников умирают от не­достатка горсточки риса, а здесь бросают миллионы на свой комфорт! Кто поднимет массы Индии? Кто даст им хлеб? Научи меня, Мать, как я могу помочь им». И однажды, в публичном собрании, Вивекананда заявил, что то, в чем нуждается Индия, не религия, но хлеб, хлеб, хлеб!

Он начинает изучать американскую действительность и осо­бенно пытается понять, чем объяснить высокий жизненный уро­вень в этой стране. Вивекананда был приглашен сделать тур по Америке. Он согласился. Он решил заработать деньги, чтобы использовать их для нужд своей Родины. Кроме того, он считал своим долгом познакомить Западный мир с древним Учением Веданты. Он проехал почти по всей Америке. Путь его не был усыпан   розами.   Вскоре   заметил   он   эгоистические,   жестокие черты американской жизни и подверг их уничтожающей критике.

В то же время в сердцах истинных христиан он зажег пламень. Вивекананда резко протестовал против лжехристианства и лице­мерия многих христианских лидеров. Он говорил: «Если вы хо­тите выжить, вернитесь назад к Христу. Вы не христиане. Нация, коей вы сейчас являетесь,— нет, вы не христиане. Вернитесь назад к Христу. Вернитесь к Нему, Который не знал, где прекло­нить голову. Вы, религия которых построена на деньгах! Что за ирония судьбы! Отбросьте это, если хотите жить, отбросьте это. Нельзя служить одновременно Богу и Мамоне. Все ваше про­цветание — все это во Имя Христа? Христос отрекся бы от всей этой ереси. Если вы действительно сможете соединить это ваше «процветание» с идеями Христа, благо вам, но если не можете, вернитесь к Нему, отбросив суетные усилия, которые суть лишь лицемерие, и которые приводят вас на край пропасти. Лучше жить в бедной хижине с Христом, нежели в золотом дворце, но без Него».

Своей критикой лжехристианства Вивекананда вызывал озлоб­ление «христианских» вождей, которые не заставили себя долго ждать и обрушили на Вивекананду целый поток грязной клеветы. К ним примкнули некоторые «религиозные деятели», ревниво задетые триумфом Вивекананды на конгрессе. Теософы присо­единились к этой травле. Они заявили, что Вивекананда нарушил устав монашества, позволяя себе есть запрещенную еду и ши­роко общаться с мирскими людьми. Друзья и братья в Индии были весьма напуганы и посылали ему вырезки из газет, которые стали распространяться в Индии. Вивекананда ответил им прось­бой не присылать ему больше этих газет: «Я удивлен, что вы при­нимаете эту миссионерскую чепуху столь серьезно. Если индийцы так заботятся о чистоте моей диеты, то пусть пришлют мне по­вара и достаточно денег, чтобы организовать свою собственную кухню. С другой стороны, если миссионеры уверяют, что я отрекся от двух краеугольных основ монашества — чистоты и бедности — скажите им, что они большие лгуны. Что до меня, то я не признаю права диктата надо мной и шовинизма. Я нена­вижу трусость и дряблость. Мне совершенно нечего делать с трусами и политическими проститутками. Я не верю ни в какую политику. Бог и Истина — единственная политика в мире, все остальное — мерзость».

Америка Эмерсона и Торо, Элиота и Уитмена, которого Вивекананда назвал «саньязином Америки», не смогла осуществить мечту о соединении Запада и Востока. Золотая лихорадка 1849 го­да в Калифорнии, гражданская война, технический прогресс произвели сдвиг в сознании американцев и направили все их по­буждения на удовлетворение материальных нужд. В философии господствующими стали позитивизм и прагматизм. Появление Свами Вивекананды в Америке было первым явлением живого посланника Востока на Запад. Вивекананда явился вестником грядущего пробуждения Востока.

Путь по Америке был тернист. Бюро эксплуатировало Вивекананду и зазывало на него, словно на белого слона из цирка. По всей Америке пестрели плакаты с описанием всех физических качеств Вивекананды, с объявлениями: «Оратор Божественного Разума», «Лучшая модель расы», «Изумительный Учитель Жиз­ни», «Саньязин в Конгрессе Религий». Вивекананда разорвал с ними и начал сам устраивать свои выступления. Иногда он давал по 16 лекций в неделю. Аудитория его была пестрой — среди искренне стремящихся к познанию были толпы зевак, любителей сенсаций и просто недоброжелателей. Каждая лекция требовала от Вивекананды огромного напряжения. Вивекананда провозгла­шал  Единого  Бога, единство  религий, единство  Человечества.

Читать далее >  Часть 3